Пантелеевы
рекомендуют читать
Присоединяйтесь!

Не всем дано мнить себя сахарным апельсином

  «Знайте, что работа…это свобода…

…свобода… других…

Пока вы работаете… вы никому не докучаете…

Не забывайте об этом…

Понимаете?.. Можете сесть…»

«Заметки млекопитающего» Эрика Сати состоят из четырех частей. Сначала идут три части записок самого Сати: всем, некоторым и себе – это своеобразный сборник афоризмов, юмористических и саркастических наблюдений, эпатажных высказываний и легкой нотки интеллектуального снисхождения, которая привносит в записки едва уловимый привкус изощренного эстетства. «Плюйте днем & ночью на „придурков“. Это Ваш долг». В четвертой части представлены воспоминания и высказывания современников о Сати.

Так кто же такой – этот Сати, сказавший о себе «Я пришел слишком юным в мир слишком старый»? Эрик Сати – много исполняемый сегодня эксцентричный французский композитор и пианист, живший и творивший в конце 19-начале 20 века. По признанию собратьев по профессии и историков музыкального искусства, он стал предтечей и основателем таких течений в музыке, как импрессионизм, конструктивизм и минимализм. Он противопоставил эпохе утонченности – простоту. Именно Сати придумал жанр «меблировочной музыки», которую не надо специально слушать. «Отметился» как создатель музыкальных произведений со свойственными духу всего его творчества названиями типа «Гимнопедии», «Три пьесы в форме груш», «Дряблые прелюдии (для собаки)» или пьесы «Неприятности», которую пианисту предписывалось играть строго «840 раз подряд, по желанию, но не больше». Сати был соавтором, композитором и актером в киноленте «Антракт», вошедшей в золотой фонд мирового киноискусства XX века, поучаствовал он и в Русских балетах Дягилева. И совершенно не удивительно, что записки и заметки Сати, человека неординарного и талантливого, как водится, «во всем» – открывают нам еще оду ипостась его необычного мировоззрения, — через слова, предложения, многоточия…

Эрик Сати - человек сложно добивающийся признания. К 50 годам, так и не снискав славы и успеха, он научился ценить порывы молодости, прощать и ценить ее ошибки, помогать ищущим в самореализации и становлении в сфере искусства. Помогать на пути, который ему самому при жизни так и не удалось завершить успехом, признаваемым в широком кругу. До своей смерти он жил в рабочем пригороде Парижа — Аркёй, откуда «уходил и приходил каждый раз пешком, опираясь на своих ангелов-хранителей» в нищете, но не в забвении. Круг новаторов, ищущих и ниспровергающих традиционалистские устои, чтил его как мэтра, указавшего Путь и поддерживающего словом и делом. Удивительное единодушие в оценке у обычно столь ревнивого творческого окружения, согласитесь.

«Прогресс защищают сторонники совсем другого рода, люди бесстыдные, как пажи, потрясающие своей неуемной „дерзостью“ и нахальством. Эти люди, забывая по почитании Почтенных Мирных Старейшин и прочих знаменитостей, идут своей дорогой – как ни в чем не бывало – прямо по ногам несчастных сограждан, вовсе не заботясь о том, «что о них скажут», ни о раздавленных ими мозолях.»

И все, что случается в жизни с Сати, базируется на его же словах «присущий каждому искусству дух придает художнику необходимую силу для того, чтобы выстоять в необходимой борьбе… Ибо все в Искусстве – это борьба& борьба… часто случающаяся…беспощадная… и, главное, бескомпромиссная…»

  «Как здорово быть стариком,- говаривал он, — в юности меня допекали: Вот увидите! Погодите! Сами увидите! – И что? Я вырос, но ничего не увидел. Ничегошеньки!» Из лекции Жана Кокто о Сати. И он же в своих воспоминаниях связывает открытую и нежную музыку Сати с фразой Ницше – «Мысли, ступающие голубиными шагами, управляют миром». Послушайте Гипнопедии, почувствуете, как Кокто «схватил» эту ассоциацию. Удивительно, правда?

«Ни секунды этот человек не чувствовал, не видел и не слышал, как чувствовали, видели и слышали остальные; ему было суждено творить и то, что он творил, не могло и не должно было походить на уже изобретенное.» Жан Вьенер. «Любить Эрика Сати»

Сати использовал скуку, как эстетически нормальное состояние в повседневной жизни человека, оформив ее соответствующей самому моменту скучания – «меблировочной» музыкой. Музыкой, которая фоном сопровождает нас сегодня в кафе и ресторанах, магазинах, аэропортах и художественных галереях. Смысл этой музыки – преобразовать скуку в привлекательное занятие. Про музыку для обстоятельств, в которых музыке нечего делать, сам Сати писал – «мы хотим учредить музыку, которая бы делалась для удовлетворения „полезных“ нужд. В число этих нужд Искусство не входит. «Музыка для меблировки» создает вибрацию; у нее нет другой цели, она играет такую же роль, как свет, тепло & комфорт во всех его формах».

Нам сегодня кажется, что это так естественно, когда фоном играет ненавязчивая музыка, однако в начале прошлого века это воспринималось как революционное открытие, идущее наперекор принятым нормам и ценностям. Так, на премьере «меблировочной» музыки в театре во время антракта, люди при первых звуках стали возвращаться на свои места, потому что музыку нужно серьезно слушать, это не для развлечения. Сати был разочарован. А само использование ненавязчивой фоновой музыки стало популярно только с 50-х годов прошлого века. Почти через 30 лет после смерти ее изобретателя.

  «Парад» (1917) — первый сюрреалистический балет Жана Кокто, на музыку Эрика Сати, с декорациями и костюмами Пабло Пикассо, в постановке Русского балета Дягилева. Именно по поводу этого спектакля Эрик Сати написал открытку музыкальному критику Жану Пуэгу со словами «Господин и любезный друг, Вы – задница, к тому же немузыкальная. Эрик Сати», за что был приговорен, — внимание, — судом!.. к восьми дням тюремного заключения. А все потому, что критик после репетиции выразил Сати свое полнейшее восхищение, а после премьеры выпустил полностью разгромную и обидную статью. Успех пришел к «Параду» только на представлении в Лондоне через два года и стал «самым большим успехом русского балета в Лондоне» по словам культурного атташе английского посольства в Париже.

Дадаистский балет Франсиса Пикабиа «Relache» ( «Спектакль отменяется») 1924 года, на музыку Эрика Сати –игра в абсурд, отсутствие открытого смысла, включал в себя даже кино. Так кинолента «Антракт» — «поэтический апофеоз чистого кино» с участием теперь всемирно известных дадаистов и сюрреалистов тогда – хулиганов от искусства): Марселя Дюшана, Мана Рея, самих Эрика Сати и Франсиса Пикабиа, — был снят еще молодым режиссером Рене Клером. Впоследствии «Антракт» будет внесен в золотой фонд киноискусства XX века, как «манифест французского авангарда». И именно в нем мы можем увидеть Эрика Сати — «За неизменным пенсне и короткой бородкой лукавого фавна – улыбка Сати». Изначально фильм был немой и музыку играли «вживую», сейчас фильм объединен из двух частей, которые раньше показывались отдельно и «наложена» звуковая дорожка, записанная оркестром под управлением ученика Сати – Анри Соге.

Фильм 20 минутный. Сюжет там тоже есть, где-то  с пятой минуты.

Еще штрихи к портрету Сати. Он питал необъяснимую привязанность к зонтам, которые покупал, как только у него появлялась такая возможность мы помним, что жил он практически в нищете, горько сетуя на то, что таперу в ресторане скорее поднесут виски, нежели сэндвич, хотя последний для голодного пианиста может быть насущно необходим.). Сати говорил о зонтах все время, постоянно их терял и находил, и как-то  раз его увидели на улице под дождем, когда он шел и заботливо прикрывал плащом зонт. У талантливых людей и фобии подчас уникальные.

«После высказанного предписываю Вам удалиться от Моей особы и предаться безмолвной скорби и мучительным размышлениям» Эрик Сати.

Эрик Сати родился в городе Онфлер, на западном побережье Франции. Сейчас в доме, где жил художник открыт удивительный, как и все творчество Сати, музей — Erik Satie Museum — Honfleur / Les maisons Satie. Это фильм о музее — путешествие маленького мальчика по мирам и музыке Эрика Сати.

И еще некоторые цитаты из записок Эрика Сати:

«Я вас прозрел в замочную скважину»

«Дышу я аккуратно (каждый раз понемногу)»

  «Надо быть справедливым – хотя бы раз.»

«Возможно, музыкант – самое скромное из всех животных, зато он гордится этим больше всех. Это он придумал возвышенное искусство портить поэзию.»

«Нельзя допускать, чтобы задняя мысль из головы уходила в задницу.»

Так и не допускайте! Читайте с удовольствием!

 

  Эрик Сати «Заметки млекопитающего», перевод Валерий Кислов, издательство Ивана Лимбаха, Санкт-Петербург 2015

   Книга на Озоне

 

 

 

Также рекомендуем:

 

 

Отлично!
Спасибо за подписку!

Подписка на рецензии